Люльки-пеленки: польза или вред для ребенка?

Люльки-пеленки: польза или вред для ребенка?

Если заглянуть в историю, в традиции, связанные с уходом за детьми, становится непонятно — как человечество вообще не вымерло в детстве. Как выживали, да и до сих пор выживают дети, лишенные не только привычного нам ухода, но и подвергаемые странным, а то и пугающим процедурам.

Дети всегда были и остаются будущим любого человеческого сообщества, залогом его выживания. Отчасти поэтому малыши считались собственностью взрослых, о которой необходимо заботиться, но не особенно обращая внимание на желания самого ребенка. Гораздо важнее было соблюдать традиции. А они были порой жестокими, особенно с точки зрения современных родителей. Еще лет 40-50 назад, например, во «всем цивилизованном мире» было принято туго пеленать младенцев в течение чуть ли не всего первого года жизни. Правильно запеленатый ребенок превращался в некое подобие мумии — только лицо оставалось открытым.

Пеленали «по стойке смирно», начисто лишая малыша возможности двигаться. Необходимость тугого пеленания объясняли просто: чтобы не пугался своих ручек-ножек; чтобы не расцарапал себя; чтобы ножки были ровными; чтобы осанка формировалась. Ну, и заодно — туго спеленатый малыш не распеленается, не перевернется на лицо и не задохнется, не свалится с кровати и даст возможность взрослым заниматься своими делами. Для пущего удобства замотанного в куколку ребенка помещали в люльку или колыбель и привязывали к ней. Порой не доставая даже для кормления: мать просто давала малышу грудь, не беря его при этом на руки. Считалось, что таким образом можно уберечь мать от горя, если ребенок вдруг умрет во младенчестве, ведь чем меньше мама контактирует со своим дитя, тем меньше к нему привязывается. На всякий случай излишней привязанности следовало избегать.

Да и некогда, честно говоря, было заниматься привязыванием-отвязыванием: взрослые были заняты борьбой за выживание. До сих пор в некоторых не очень развитых обществах малышей подолгу держат в люльках, устроенных таким образом, чтобы мать могла носить люльку с ребенком с собой — в поле, в лес, на рынок. У многих народов, привыкших воевать, люльки были устроены так, что их можно было при необходимости подхватить с земли на скаку, закинуть на лошадь или в телегу и скрыться от врага. Что чувствует ребенок, вынужденный месяцами неподвижно лежать на спине, никого не интересовало. Традиция, все так росли.

А как же гигиена? Дети ведь не умеют до определенного возраста контролировать процессы мочеиспускания и опорожнения кишечника. Все решалось разными способами, но всегда довольно просто. У народов Крайнего Севера новорожденного помещали голышом в специально сшитый двусторонний мешок из оленьей шкуры. Моча и кал впитывались в толстый мех. Время от времени мешок просто выворачивали наизнанку. Отходы жизнедеятельности замерзали на морозе и отваливались. Ребенка густо смазывали жиром, чтобы избежать опрелостей, складки тела посыпали древесной трухой или золой. По мере роста малыша переодевали сначала в меховой мешок с рукавами, потом в обычную одежду.

Для отправления естественных нужд на штанишках был специальный клапан на шнурках. Некоторые народы использовали вместо подгузника сухую траву, мох или кроличьи шкурки. У других народностей детей помещали в люльку, конструкция которой отличалась только материалом или деталями. И в ней малыш оставался в неподвижности очень долго: до 2-3 лет. Считалось, что если ребенок пойдет своими ногами слишком рано, это укоротит его жизнь. Что ж, логично: за ним просто некому и некогда следить, чтобы уберечь от бед и опасностей… Вопрос гигиены решало отверстие в дне люльки, к которому привязывали подобие горшка. Отходы жизнедеятельности просто стекали вниз. Мальчикам для стока мочи привязывали специальную трубочку — деревянную или костяную. Ребенка из люльки доставали даже не каждый день, за некоторыми исключениями.

У народов Кавказа и Средней Азии люлька представляла собой подобие кроватки на выгнутых полозьях, чтобы можно было малыша укачивать. В Дагестане детей каждый день обязательно мыли, а на ночь мать могла взять дитя к себе в постель. У многих других народов ребенок спал привязанным в своей люльке несколько лет. В наше время люльку используют до года-полутора, после чего малыша приучают спать в кроватке. Что интересно: дети так привыкали к своему положению, что не могли засыпать иначе, как привязанными к колыбели. Нередко ребенок продолжал спать в люльке даже тогда, когда вырастал из нее и под ноги приходилось подставлять скамеечку. Еще интереснее, что в наше время, несмотря на изобилие детских товаров, традиционные люльки в этих регионах не только не забыты, но и успешно теснят обычные детские кроватки. Все больше родителей приобретают, или разыскивают на чердаках люльки, чтобы растить детей так, как это делали их предки: спеленатыми, привязанными к ложу с отверстием под попой для стока испражнений. В чем причина такого «возвращения к истокам»? Отцы и матери вовсе не желают своим детям плохого. Многие из них уверены, что в люльке ребенок гораздо спокойнее и быстрее засыпает. Что фиксация в неподвижности дает малышу ощущение безопасности, а тесное пространство люльки — чувство защищенности. Еще одно объяснение — фиксация в определенном положении приучает детей к дисциплине и послушанию, ценимым в народной традиции, а матери дает возможность заниматься хозяйством и другими детьми днем и высыпаться ночью.

Даяки, населяющие Калимантан, полагают, что ребенка нельзя укладывать горизонтально, как больного или мертвого. Поэтому первый год жизни (или дольше) даякские дети проводят, будучи подвешенными вертикально. Разумеется, головка малыша обязательно надежно фиксируется. Ребенка в такой «подвеске» удобно качать и кормить. У китайцев не принято обращать внимания на плач малыша. Спеленали — и все. Зубы, колики — надо просто перетерпеть. Спартанское воспитание. Когда малыш подрастает и начинает передвигаться сам, на него надевают штанишки кайданку, с прорехой в области попы и гениталий, чтобы справлять нужду там, где приспичило, не раздевая ребенка. Так устроены даже зимние комбинезоны — дети так и ходят с оголенной попой. И не только ходят, но и сидят на земле и асфальте.

С традицией надевать на детей кайданку связывают высокий уровень гинекологических заболеваний у китаянок. В Юго-Восточной Азии грудничков носят в местной разновидности слингов. Но чаще — не матери, а старшие дети. Считается вполне нормальным оставлять младенца на брата или сестренку 4-6 лет. Крохи, сами недавно научившиеся ходить своими ногами, носят младших, следят за ними. Говорят, что это способствует формированию ответственности и родственной любви, уважению к семейным ценностям.

Очень многое было связано с полузабытыми языческими традициями, суевериями и приметами. Новорожденного заворачивали в ношеную одежду родителей: сыновей — в отцовскую рубаху, дочек — в материнскую. Считалось, что это обеспечивает защиту от злых сущностей и болезней. Но требование соблюдать соответствие полу было обязательным. Иначе девочка, завернутая в отцовскую одежду, могла стать бесплодной, а мальчик в материнской рубахе рисковал стать слабым, робким, неумелым, негодным ни к труду, ни к битве.

Пеленали малышей долго и туго. Чтобы спинка и ножки были ровными, и чтобы мать могла не беспокоиться, что дитя вывалится или уползет, пока она работает в поле или по дому. Вместо соски малышам давали тряпицу, в которую заворачивали… чего только не заворачивали. Жеваный хлеб, например. Чтобы спал крепче — мак жевали, а могли и смочить тряпицу в хлебном вине. Соску делали порой и не из тряпицы, а из соска коровьего вымени, обработанного особенным образом. Подросшие малыши никакими подгузниками не снабжались: пока ребенок не научился контролировать кишечник и мочевой пузырь, он просто бегал в короткой рубашонке или голым.

Беды беспомощного ребенка не исчерпывались вынужденной неподвижностью. В некоторых человеческих сообществах природная форма тела считалась некрасивой. И потому ее надлежало изменить, пока у ребенка кости не окрепли. Чаще всего искусственной деформации подвергался череп. Его форму изменяли тугим бинтованием, привязыванием дощечек, чтобы удлинить или округлить, изменить форму лба или носа.

Подобные традиции до сих пор живы в Африке, например. А в прежние времена были распространены в обеих Америках, в Азии и в Европе (например, во Франции традиция изменять новорожденным форму черепа сохранялась до середины 19 века, причем в ходу было несколько модификаций). Страшно даже представить, что к вынужденной неподвижности добавлялась еще боль от стянутой веревками или стиснутой досками головы. Выживали не все. Но выжившие приобретали более высокий статус и могли рассчитывать на социальные преференции — если оставались сохранными в интеллектуальном плане. И все во имя странных понятий о красоте. Хорошо, что наши дети растут в других условиях. Дрыгают ручками и ножками, лежа в кроватке. Получают сколько угодно ласки, объятий и поцелуев, утешений в детских огорчениях и сочувствия, когда больно или просто обидно. Не осуждая ничьи обычаи, давайте просто обнимем наших малышей.

Подписывайтесь на наш Telegram, чтобы быть в курсе важных новостей медицины

Читайте также

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>